Александр Лукашенко рассказал, как он представляет себе «большую сделку» с США. Освобождение политзаключённых и отмена санкций, по его словам, — лишь второстепенные детали. На что именно он рассчитывает в переговорах с Дональдом Трампом?
В беседе с телеведущим Риком Санчесом на российском канале RT Александр Лукашенко подтвердил, что разговоры о «большой сделке» с США ведутся уже давно. Он подчеркнул, что сама по себе встреча с Дональдом Трампом для него не самоцель: «Конечно, приятно было бы увидеть этого человека с глазу на глаз и пожать ему руку, но это не главное. Мы не только люди, которые хотят пообщаться и познакомиться друг с другом, мы ещё и президенты, поэтому встреча должна быть основательно подготовлена».
Эксперты объясняют, чего именно Лукашенко добивается от предполагаемой «большой сделки» с Вашингтоном.
«Политзаключённые и санкции — это мелочь»
Лукашенко рассчитывает, что до возможной встречи в США будет заранее согласован и подготовлен для подписания некий крупный документ. По его словам, это не должна быть встреча «вассала с императором»: «Это не напыщенность и не петушиная политика. Это позиция реального президента, который уважает свой народ. Я готов к такой встрече, мы готовы к сделке, но её нужно подготовить так, чтобы в ней были учтены интересы и США, и Беларуси».
Он утверждает, что неверно сводить интерес Вашингтона только к освобождению политзаключённых в Беларуси в обмен на отмену санкций. По словам Лукашенко, «политзаключённые, санкции — это мелочь», а в повестке «гораздо больше вопросов, которые нужно урегулировать» — именно они, по его мнению, и составляют суть «большой сделки».
«Пик политической карьеры»
По оценке бывшего дипломата, главы Агентства евроатлантического сотрудничества Валерия Ковалевского, возможная поездка Лукашенко в США имела бы для него исключительное значение: «Это пик политической карьеры. За всё время его правления ещё не было случая, чтобы он встречался с президентом США для полноценных переговоров».
Ковалевский отмечает, что такой контакт особенно важен на фоне нынешней ситуации вокруг Беларуси: «Суверенитет и независимость страны находятся под угрозой. Идёт война, существуют сценарии, при которых Россия может попытаться втянуть Беларусь в военное противостояние не только с Украиной, но и с западными государствами. Для Лукашенко крайне важно, чтобы визит в США состоялся: это, по его замыслу, позволило бы отстаивать собственные интересы — прежде всего сохранение личной власти в Беларуси. Но для того, чтобы этой властью пользоваться, ему приходится думать и о том, как укреплять суверенитет страны».
Политолог Валерий Карбалевич уверен, что Лукашенко интересует весь комплекс возможных выгод — от политических до экономических. Среди прочего — отмена американских санкций и отдельные договорённости по белорусскому калийному экспорту. «Опираясь на эти сделки, он надеется со временем преодолеть и европейские ограничения, прежде всего восстановить доступ к Клайпедскому порту, через который до санкций шёл транзит калийных удобрений из Беларуси, — поясняет эксперт. — Зацепившись за калий как за одно звено, он хочет вытянуть всю цепь. Плюс — попытка прорвать дипломатическую блокаду на западном направлении. Европа не признаёт Лукашенко президентом Беларуси, а для него жизненно важно признание западных государств и выход из изоляции».
Историк и политический обозреватель Александр Фридман отмечает, что речь при «большой сделке» может идти о всём спектре шагов по нормализации отношений: «Это и возвращение посла США в Беларусь, и, возможно, возобновление прямого авиасообщения, и, я думаю, новые экономические проекты. Лукашенко заинтересован в инвестициях со стороны Соединённых Штатов. С помощью формулы “освобождение политзаключённых в обмен на снятие санкций” он стремится выйти на более масштабные экономические договорённости».
Лукашенко торопится завершить переговоры?
Контакты между белорусскими властями и администрацией Дональда Трампа длятся уже более года. За это время на свободу вышли несколько групп политзаключённых, были сняты американские санкции с экспорта белорусских калийных удобрений, а также с национального перевозчика «Белавиа», ряда банков и Министерства финансов Беларуси. Тем не менее главная «большая сделка», при которой могли бы быть освобождены все политзаключённые, пока так и не заключена.
По словам Валерия Карбалевича, сейчас трудно определить, кто именно тормозит процесс: «Переговоры ведутся в крайне закрытом формате. Возможно, если бы Лукашенко решился на более масштабные шаги по освобождению политзаключённых, всё могло бы продвигаться быстрее».
Валерий Ковалевский считает, что ближайшие месяцы — это окно, в которое Лукашенко стоило бы попытаться довести договорённости до конца. «Темп задаёт внутренний политический календарь США, где готовятся к промежуточным выборам в Конгресс. Когда начнётся самая активная фаза кампании, у Дональда Трампа и его администрации будет гораздо меньше времени, чтобы уделять внимание белорусской повестке», — отмечает экс‑дипломат. При этом, по его словам, критически важны способность Лукашенко и его окружения договариваться, идти на уступки и компромиссы.
Александр Фридман обращает внимание на то, что Лукашенко осознаёт: американская сторона вступила с ним в диалог лишь потому, что сочла его потенциально полезным фактором в контексте урегулирования войны в Украине. «Он понимает, что внешнеполитические события развиваются очень быстро, и любое соглашение может быть перечёркнуто новой драматической развязкой — будь то война в Иране, очередной виток охлаждения в отношениях Вашингтона с Пекином или с Москвой. В такой ситуации затягивать и чего‑то выжидать — не лучший вариант, и с его точки зрения сделку нужно заключать как можно скорее», — говорит Фридман.
Ожидает ли Лукашенко гарантий от США?
По оценке Валерия Карбалевича, Лукашенко стремится включить в «большую сделку» целый пакет вопросов. Среди них — и неформальные гарантии со стороны США, что его не постигнет судьба Николаса Мадуро в Венесуэле или иранского руководства. «Администрация США уже демонстрировала готовность к очень жёстким действиям, когда считает ситуацию достаточно важной. Вероятность, что с Лукашенко произойдёт нечто подобное, невелика, но у страха глаза велики», — поясняет политолог, напоминая, что представители Вашингтона после переговоров в Минске отмечали, насколько сильно белорусского лидера встревожили события в Венесуэле и Иране.
Валерий Ковалевский считает, что говорить о реальных гарантиях безопасности со стороны США пока преждевременно: «Мы не должны забывать, что Лукашенко остаётся союзником России, а не Соединённых Штатов, чтобы Вашингтон брал его под своё прямое покровительство. Такие ожидания выглядят явно завышенными».
В то же время, по его словам, если договорённости по «большой сделке» всё же будут достигнуты и стороны продвинутся к нормализации отношений, со временем не исключены и более глубокие обсуждения будущих гарантий. «Однако вряд ли Москва захочет уступить Вашингтону роль основного гаранта безопасности Лукашенко», — резюмирует бывший дипломат.
